Серафиме
На кладбищах часы идут назад,
И празднует победу вертикали
Вода,
под монументы затекая,
А воздух остывает,
как базальт.
Начерчен на граните детский стих.
Конфеты только что стащили мыши.
И никого: ни мертвых, ни живых.
По кладбищу ты ходишь, как по крыше,
Немного опасаясь высоты,
С которой голова парит над плиткой.
Антенны, трубы, звездочки, кресты,
И всюду — край.
За каждою ка…
С онемевшею азбукой
Несогласные буквы,
Мы у неба за пазухой
Семенами набухли.
В желтом платье из донника,
Обливаясь вином,
Високосным садовником
Жизнь стоит под окном.
Фотографии в сепии.
В рыжем озере ялик.
И теперь мы нелепее
Опадающих яблок.
Все губами, как маками,
Прислонялись к живым.
Нас карнизы оплакали
Молоком дождевым.
Ещё зелень дубрав густа,
И, обнявшись в ночи,
Мы на праздн…
АВГУСТ
То ли травы горят,
То ли поезд ограблен кофейный.
Ждут индийскую визу
в лугах журавли-дембеля.
Я на август пришел,
как на фильм
пожелтевший трофейный,
Замечая,
что стала быстрее
вращаться Земля.
Лодки мокрыми
дятлами грустно
стучатся о сушу,
На Луне молодой
проступают следы старины.
Рыбу ловят на хлеб,
человека на деньги и душу.
Август - март наизнанку,
хранитель скелета весны.…
В этот день, 36 лет назад, ехали мы посреди скошенного поля
на армейском автобусе
под Ковровым между Владимирской и Ивановской областями. Прослужил я уже целый год и, значит, ещё год армии был впереди.
У сержанта-водителя Вити в динамике булькал медленный джаз. Вдруг по радио сообщили про Цоя. Фигурировала Советская Прибалтика и почему-то мотоцикл...
Мы остановили автобус в поле, я вытащил гит…
Голубь мира в меню
На шестой авеню
Все суда приближаются к судному дню.
Мы летим сквозь
болотистый гной
В белой лодке Москвы надувной.
Нас её красота
понарошку спасёт.
Крылья голубя в пицце
Доставщик несет,
Умываясь взрывною
волной.
В голубятне поставили майнер. Крипту
превращают
в алмазные зубы
во рту,
И о мире слова говорят,
На поминки зовя поварят.
Если трое собрались
во имя Его,…
Известные басни Влада Маленко начинают ещё одну долгожданную жизнь и становятся мультфильмами.
Спасибо Институту развития интернета. Сегодня премьера!
А осенью всех нас ждет большой старт! Ура!
Достоевскому не до птиц,
Только женщины и долги.
И звезда висит без ресниц,
И стоят на ветру полки.
И церквушка с открытым ртом
Проплывает кусочком льда.
Не читай его, а не то
Мы не женимся никогда.
Нет, я буду читать назло
И с надрывом любить слова.
Нас завяжут морским узлом
В Петербурге под лапой льва.
Буду плакать и падать ниц,
И царя целовать портрет.
В книге спрятан среди страниц
Св…
Сентиментальный волк
Такой сюжет не высосешь из пальца
Он душу бередит как старый долг:
Над фотоснимком съеденного зайца
По-детски зарыдал бродяга-волк.
В глазах у волка таял мир как в дымке
От слез создавших лужу на столе.
«Во взгляде у косого здесь на снимке
Немой укор всех зайцев на земле! -
Воскликнул волк, - я с аппетитом львиным
Глодал их кости будто бы маньяк…
Мы иногда с лисой за маг…
Существуют два живых кита, вернее два китенка, на которых держится художественное свершение.
Зовутся эти киты — заговор и уют. Чем жестче рамки, в которые ты заведен обстоятельствами, тем ты будешь свободнее, тем реактивнее будет полет твоей фантазии.
Уют не означает комфорт. Заговор не означает преступления. Свобода не означает бесконтрольной вседозволенности.
Свою самую смешную басню я написал н…
Человека отдали в починку.
Разобрал на столе его Бог
И сказал, что сломалась начинка,
А в душе появился грибок.
Утончился и спекся мужчина,
Не поможет машинная мазь.
Вместо совести просто пружина,
И мембрана добра порвалась.!
В мастерской пахло фруктами рая.
Бог черкнул что-то быстро в тетрадь.
И добавил, очки протирая:
«Эту лавку пора закрывать».
Сверху ангелы спали, как дети.
Снизу бесы хр…
