Истории из жизни бойцов

• РАЗГОВОР • Сядь, закури. Знаю, что вредно. Помолчим? Ну давай помолчим. Мы одни сейчас, слышишь? Во всей Вселенной. А мне нравится этот дым… Были шансы у парня? Пожалуй, не было… У тебя, кстати, губы в крови.. Мы спасем, обязательно, Следующих… А пока ты кури, брат, кури… У войны нет любимцев и избранных. Эта тварь никого не щадит. В твоей сумке бардак из лекарств не прибра…

Мимо церкви проходя, Я прошу вас, задержитесь. И взглянув на небеса, Богу тихо помолитесь. Помолитесь за ребят Тех, кого уж нету с нами Помолитесь за солдат Кто Отчизне жизнь отдали. Не обнимет больше мать Не пожмёт отцу он руку, И не скажет как скучал По своей семье в разлуке. Он далёкий иль родной Он герой! солдат! он воин! Пусть вам даже не знаком Помолитесь о его покое. Он сейчас на неб…

На экране всплыло окно: «Удалить объект без возможности восстановления?» Николаич посмотрел на весеннее солнце, улыбнулся кривой, безумно счастливой улыбкой и негромко, твердо сказал: — Без возможности, Батя. Живи сто лет. И нажал кнопку. Мимо пронесся пацан на велосипеде по раздолбанной весенней колее, а из динамиков колонки на его шее играла песня: ,,В руках автомат, Потому что солдат Блестят о…

— Заткнись, старшина! — с яростью, переходящей в крик, оборвал его Николаич, заталкивая носилки в десантное отделение. — Сам ей всё скажешь! Живи, скотина, приказ такой! Люк захлопнулся. Машина взревела и скрылась в дыму. А нас отрезало. Четыре дня мы сидели в бетонном подвале под непрерывным шквалом чужой артиллерии. Спали по очереди, привалившись к ледяным мешкам с песком, грызли сухие галеты, з…

Уговор был жесткий: не хоронить себя. Не выть, не пускать сопли. Улыбаться. Говорить так, будто ты просто задерживаешься на смене и скоро будешь дома. Мы писались по одному. Уходили в дальний капонир, натягивали на голову плащ-палатку, чтобы свет экрана не выдал позицию ночным дронам. Снегирь перед записью долго тер рукавом лицо, пытаясь счистить копоть. Поправил шапку, включил фронталку. В темнот…

Помню, в детстве, когда я бывал в деревне у деда , там кололи кабана, меня тогда запирали в доме. Занавешивали окна , но крик всё равно пробивал стены , такой тонкий, нечеловеческий визг ужаса перед тем, как всё оборвется. Я забивался в дальний угол, натягивал тулуп на голову, и от него пахло сухой полынью, нафталином и теплым духом ржаного хлеба. Бабушка крестила меня темной сухонькой ладонью: …

https://max.ru/channel_soldatstory https://t.me/soldatstory vk.ru/club179229130

сел прямо на бетонные ступени в ледяную жижу и зарыдал. Без звука, сжимая зубы до треска эмали, глядя, как над разбитым посёлком встаёт ещё один свинцовый, никому не нужный рассвет. vk.ru/club179229130 https://t.me/soldatstory https://max.ru/channel_soldatstory

Мы поползли к «КамАЗу», толкая перед собой аптечные ранцы. Секунды растянулись в липкий кошмар. В грязи ничего не работает быстро. Руки скользят, автомат цепляется ремнём за кочки, ствол забивается землёй — хрен выстрелишь, разорвёт нахрен. Я долетел до Малого первым. Пацан уже терял сознание от кровопотери, лицо белое, как стена в операционной, губы синие. — Тихо, малой, тихо... — хрипел я, сдир…

В рапорте напишут три строчки: «Колонна подверглась огневому налёту в районе н. п. такого-то. Техника повреждена, личный состав эвакуирован, санитарные потери — два человека». Бумага не передаёт звук. Она не умеет передавать, как крупнокалиберный двенадцать-и-семь ломает человеческие рёбра сквозь титановую пластину — с хрустом пересохших сосновых дров под гусеницей. Дорога — сплошное серое мыло.…