Не думай, друг, что я цинично пуст. Я не приверженец эпохи или века. Я чувствую, живу и тороплюсь, Я жгу фонарь на улице с аптекой. Мне утешенье было на краю - В стакане находился к жизни повод. И жёстче было. Вовсе не таю - Я совесть продавал за белый порох. Я говорю: “Мой милый Петербург”. Но он не дом. Не Родина. Не вечность. Мне выпало услышать этот звук - Скрипят мосты длиною в бесконечнос…






