Начальник тишины

Шум… Звуки мира вокруг нас обычно знаменуют собой нечто большее, чем просто шум. Практически ничто уже не заявляет о себе как о маловажном, незначительном или о чем-то, что можно отложить на потом. За наше внимание борется множество настойчивых воплей со всех сторон — и это оглушает. «Сделай это! Прочти то! Купи это! Запомни то! Поверь в это!» Мир постоянно представляется балансирующим на грани апокалиптического коллапса — с пометкой о том, что наше внимание к надвигающейся катастрофе якобы может что-то изменить. Это шум. Мир действительно на грани апокалипсиса, но не того, который внушает страх сейчас. У истории мира есть вектор, однако он определяется не нашим выбором. И грядущий апокалипсис — тишина. Греческое слово «апокалипсис» означает «откровение», выдвижение на всеобщее обозрение того, что раньше было сокрыто. Христианство — от начала и до конца — апокалиптично по своей натуре. Оно всегда проявляет сокрытое. Очень часто самые важные события в мире остаются практически незаметными для окружающих: и рождение Ребенка в палестинской деревне, безлюдная казнь странствующего Проповедника, пустой гроб, оставивший город теряться в догадках. Иисус не вписывается в ожидания кого бы то ни было. Целостность Его жизни можно понять только в свете Откровения. В утро Воскресения несколько женщин почувствовали, что самое важное дело в мире — купить благовоний и мира, чтобы позаботиться о мертвом теле их самого любимого Друга. Это казалось настолько важным, что они отправились в путь «весьма рано». Это был первый день недели, день для торговли, день, когда открывались магазины и раскладывались товары. Какой-то продавец благовоний в Иерусалиме наверняка обрадовался самому-самому раннему визиту этой группы скорбящих женщин, практически скупивших полмагазина. Скорбь делает из нас таких замечательных покупателей! Все встречали новый день, то тут, то там кукарекали петухи, никто не придавал значения наступающему дню. Во гробе была тишина. Во гробе было тихо, потому что там ник