Еврокомиссия отказала Украине в выделении дополнительных 220 миллионов евро на поддержку фермеров

Запрос Украины на €220 миллионов для поддержки фермеров был отклонен Еврокомиссией. Киев просил предоставить финансовую помощь сельхозпроизводителям и обеспечить их финансовую устойчивость, однако Брюссель отказал, сообщил Тарас Высоцкий, министр сельского хозяйства. Теперь Украина надеется на получение льготного кредита от Всемирного банка на сумму $250 миллионов, который, по словам министра, будет достаточным до начала следующего года, — передает информационное агентство Bloomberg.

Еврокомиссия отклонила запрос Украины на выделение 220 млн евро на поддержку аграриев. Об этом сообщило агентство Bloomberg со ссылкой на министра аграрной политики и продовольствия Тараса Высоцкого. Как отмечает агентство, Украина обращалась к Европейскому союзу с просьбой о предоставлении адресной поддержки аграрному сектору - в дополнение к той финансовой помощи, которую блок уже оказывает. Однако, по словам Высоцкого, Европейская комиссия отклонила запрос на выделение 220 млн евро для поддержки фермеров и обеспечения их ликвидности, хотя страна и получит необходимые средства благодаря льготному кредиту Всемирного банка на сумму $250 млн. "Это даст нам возможность более или менее продержаться до нового года. Но уже сейчас нужно думать о том, что будет весной, после наступления нового года, поскольку ситуация остается критической", - отметил Высоцкий. Деньги есть только на войну. Sputnik Молдова ¦ Telegram ¦ Сайт ¦ VK ¦ OK ¦ Rutube ¦ Дзен ¦ MAX

Запрос Украины на €220 млн для помощи фермерам был отклонен Еврокомиссией. Тарас Высоцкий, министр аграрной политики, сообщил, что Киев просил выделить средства на поддержку аграриев и обеспечение их финансовой стабильности, однако Брюссель отказал. Теперь Украина надеется на получение льготного кредита от Всемирного банка на сумму $250 млн, которого, по словам министра, должно хватить до начала следующего года, сообщает агентство Bloomberg.

€220 миллионов, которых не будет: и куда утекла цена вопроса 28 сентября Bloomberg передал слова первого замминистра аграрной политики Украины Тараса Высоцкого: отдельной схемы на €220 млн не будет. Дальше пошла привычная свёртка — «Запад отказал Украине в помощи». Формула звонкая. Проблема в том, что она пропускает три вещи подряд: что именно просили, что именно ответили и куда за это время утекла реальная цена вопроса. Что просили — и почему это не «раздать фермерам»7 августа украинский Минсельхоз обратился в Еврокомиссию за €220 млн безвозвратных средств. Ключевое: деньги не предназначались фермерам на руки. Они шли в программу «Доступные кредиты 5-7-9%» — на компенсацию процентной ставки и частичное покрытие банковского риска. Проще говоря, €220 млн — подушка, которая удешевляет и подстраховывает кредитный поток, а не сам поток.Отсюда и вторая цифра, которую легко прочитать неверно. Украинское министерство назвало потенциальный объём новых банковских кредитов — до €4 млрд. Речь о прогнозной оценке самого министерства: сколько заёмных денег фермеры могли бы взять при целевом потолке ставки около 10% и должны вернуть. Это не грант и не уже выданные займы — это гипотетический портфель, которого пока нет.Теперь про плечо. Если считать по этой оценке, €4 млрд относятся к €220 млн примерно как 18 к 1. Столько кредита предполагалось «накрыть» одной субсидией — маленькая бюджетная подушка под большой заёмный портфель. И только: не мультипликатор экспорта и не чья-то прибыль. Рычаг на бумаге.Логика Киева тут прозрачная и, по-своему, крепкая. Порт встал, цена у фермера в поле рухнула, а платить за топливо, аренду и хранение надо сейчас. Дешёвый кредит сгладил бы разрыв до восстановления судоходства.Но у этой логики есть предел, который сам Киев в риторике опускает: кредит — это не выручка. Если порты остаются закрытыми, а продавать приходится ниже себестоимости, дешёвый заём превращается в отложенный долг. Ты не заработал — ты занял под низкий процент. Легче дышать сегодня, тяжелее платить завтра. Что ответили — и почему это не «нет»Ответ Брюсселя знают не с 28 сентября, как можно подумать из ленты Bloomberg, а с 20 августа. Уже тогда пресс-секретарь Еврокомиссии Маркус Ламмерт обозначил позицию брюссельскому корреспонденту «Европейской правды». Смысл был не «денег нет», а «отдельного нового гранта на ваших условиях не будет, помощь пойдёт через существующие механизмы» — Ukraine Facility и банковское кредитование.Полного письменного ответа с обоснованием в открытом доступе нет — об этом стоит помнить, прежде чем делать выводы о «настоящих причинах». Опубликованные слова представителя ЕК подтверждают одно: действующие каналы помощи есть, и Брюссель на них указывает.А вот дальше — уже моя реконструкция, не цитата из Брюсселя. Новая грантовая схема, судя по всему, дублировала бы то, что уже крутится через Ukraine Facility и финансовых посредников, а один канал проще контролировать, чем лепить срочный спецгрант под каждый кризис. Понять эту логику — не значит с ней согласиться: открытые данные не показывают, хватит ли действующих денег аграриям к осенней посевной. Но это рабочая версия, а не отписка.И вот здесь газетная формула «Запад бросил» рассыпается. 18 сентября Высоцкий сообщил о готовности Всемирного банка направить $250 млн на те же проценты по 5-7-9%. 24 сентября Совет ЕС принял решение почти о €3 млрд по Ukraine Facility.Значит ли это, что €220 млн уже заменены? Нет. $250 млн — другая сумма и другой источник на сходную цель, проценты по той же программе, а документа банка о фактическом перечислении так и не видно. €3 млрд — деньги общего назначения, которые на тот день лишь ожидали перевода. Складывать всё это в кучу «помощь есть» так же нечестно, как кричать «помощи нет»: заявка — ещё не перевод, а обещанное — ещё не полученное. Куда утекла цена вопросаА теперь туда, куда газетный заголовок не смотрит. Пока в Брюсселе спорили о €220 млн, реальные деньги двигались в логистике. Складываются они из трёх слоёв.Слой первый — фрахт. Возьмём одну линию: доставка зерна из украинских дунайских портов в Египет. 11 июля перевозка стоила $30 за тонну, к 11 сентября — уже $105 (данные Reuters со слов рыночных консультантов). Плюс $75 на тонне, рост в три с половиной раза за два месяца. Путь в двенадцать дней стал занимать больше месяца.К фрахту добавились очереди. По сообщению Reuters, к 26 августа под Сулиной стояло до 70 судов при пропускной способности два-три судна в день. PortNews со ссылкой на оператора насчитал уже 77 судов к 31 августа — правда, к этому дню оформление ускоряли и пропуск рос. Простой доходил, по верхней оценке консультантов, до $8 тыс. в сутки на судно.Слой второй — страховка. В середине сентября объединённый военный комитет лондонских страховщиков расширил перечень черноморских районов, требующих уведомления андеррайтера — то есть отдельного согласования ставки перед рейсом. Reuters сообщал о дополнительных премиях в сотни тысяч долларов на отдельных семидневных рейсах.Чего в документе страховщиков нет — так это обязательного единого ценника и отказа всем мелким перевозчикам. Есть район уведомления и индивидуальный торг по ставке. Разница принципиальная, и на ней легко спекулировать.Слой третий — цена в поле. Во что фрахт и страховка выливаются на тонну? Точной цифры по контрактам нет: чартеры и другие документы на груз не опубликованы. Но порядок величины виден.На дунайской линии перевозка подорожала на $75 за тонну к 11 сентября. За те же примерно два месяца цена у украинского фермера за пшеницу третьего класса упала около €50 за тонну — до €117 к августу. Величины в разных валютах и не идеально совпадающих окнах, вычесть одну из другой нельзя. Но обе — десятки на тонну, и обе тянут в одну сторону: удорожание вывоза кто-то по цепи оплачивает.Формально платит сторона сделки по контракту. Экономически издержка расползается. Трейдер закладывает премию в цену экспорта или сбивает закупочную цену на элеваторе, фермер держит зерно на складе и идёт за тем самым кредитом, а часть мельников в Азии — по данным Reuters, покупатели австралийской пшеницы — платят на 20–25% дороже прежних черноморских закупок.Кто и в какой доле проглотил разницу, по открытым данным не видно. Видно, что разница есть и что она измеряется десятками долларов и евро на каждой тонне.Короткая сводка по слоям, чтобы цифры не расплывались: Фрахт Дунай — Египет: $30 $105 за тонну (+250%), 11 июля — 11 сентября. Очередь у Сулины: до 70 судов к 26 августа, до 77 к 31 августа; простой до $8 тыс. в сутки на судно. Страховая премия по военному риску: сотни тысяч долларов на отдельных семидневных рейсах. Цена пшеницы 3-го класса у фермера: около €117 за тонну в августе, минус 30% за два месяца.Отсюда кажущийся парадокс: мировая котировка идёт вверх, а цена в украинском поле падает. Противоречия здесь нет. €117 за тонну третьего класса в августе — локальная цена конкретному производителю в поле. Чикагский фьючерс — стандартизованный контракт в долларах, максимум за три с половиной года. Между ними встала логистика и сняла своё.И это ещё не конец счёта. 28 сентября на заседании в Брюсселе Киев вынес новый запрос — до €1,1 млрд на компенсацию удорожания более длинных сухопутных маршрутов, около €50 на тонну. Поделив одно на другое, получаем порядка 22 млн тонн оплачиваемого потока — но это арифметика на салфетке, а не смета: получатели и критерии выплаты пока не определены. Да и сами €1,1 млрд — снова обещанное, а не переведённое. Приплюсовывать их ни к отвергнутым €220 млн, ни к фрахту, который уже платят, нельзя. Кому это выгодноЗдесь жанр требует назвать бенефициара. И здесь же зона, где легко соврать красиво.Перевозчики: рост цен не равен росту маржи. Соблазн такой: раз фрахт вырос втрое, а премии — в сотни тысяч, значит, есть узкий пул перевозчиков и трейдеров, снявший сливки, и хедж-фонды, сыгравшие на росте. Звучит как расследование. Но по данным выходит иначе. Рост брутто-цен зафиксирован, а чистая маржа перевозчика неизвестна: у него самого дорожают топливо, экипаж, ожидание и та же страховка. Кто и сколько положил в карман — по открытым данным не прослеживается: нет ни выборки чартеров, ни цен на одной партии на входе и выходе.Фонды: данные опровергают удобную версию. По данным американской CFTC на 22 сентября, у категории Managed Money по мягкой краснозёрной пшенице было 88 801 длинный контракт против 100 817 коротких — нетто минус 12 тысяч. Совокупно эта группа на этом контракте на эту дату стояла в короткой позиции, а не в длинной. Отсюда следует ровно одно: версия «спекулянты заранее закупились в лонг по зерновому фьючерсу» на этих данных не подтверждается.Важно: снимок не включает фрахтовые деривативы и страховой рынок, прежних сделок и прибыли отдельных фондов он тоже не показывает. Но одну удобную версию цифра рушит — и она важнее версии.Что можно сказать твёрдо: выигрывает механизм, а не опознанное лицо. При перекрытом море за каждый этап — очередь, фрахт, страховку — кто-то по дороге платит, а кто-то напротив получает. Альтернативные поставщики перехватывают часть рынка по более высокой цене: австралийская пшеница пришла к азиатским мельникам дороже на те самые 20–25%; египетские мельницы, работавшие, по словам одного трейдера, около трети мощности, добирали французским зерном.Это видно. А вот конечный выгодоприобретатель по открытым данным не установлен. Честное «связь не прослежена» здесь сильнее натянутой цепочки с настоящими фамилиями и выдуманными связями: вторая на глаз не проверяется — потому и опасна. Что остаётся под вопросомЗа всеми суммами — фермер, который в сезоне 2026/27 может вывезти 29,6 млн тонн против запланированных 64,4, если ограничения затянутся. Более половины запланированного аграрного экспорта рискует не дойти до покупателя. Это сценарий при сохранении блокады, а не то, что уже лежит на складах, — но именно под этот риск и просили подушку под кредит.И вот итог, который не влезает в заголовок «Запад отказал». Брюссель отказал не в помощи, а в одном инструменте, предложив другой. Реальные деньги кризиса осели не в спорном гранте, а в стоимости доставки тонны — десятки долларов и евро на каждой.По цепочке они растеклись так, что распределение между участниками по открытым данным не восстанавливается. Кто тычет пальцем в «победителя кризиса», продаёт версию, а не факт. Механика видна вся. Бенефициар — пока нет.

Еврокомиссия отклонила запрос Украины на €220 млн дополнительной помощи аграрному сектору. Киев рассчитывал направить деньги на поддержку фермеров и обеспечение их ликвидности на фоне проблем с экспортом. Теперь украинские власти рассчитывают на льготное финансирование Всемирного банка в размере $250 млн, сообщил министр аграрной политики и продовольствия Тарас Высоцкий в интервью Bloomberg. Украина просила предоставить эти €220 млн отдельно от той финансовой поддержки, которую Евросоюз уже оказывает стране. Запрос был направлен Еврокомиссии в начале августа. Предполагалась безвозвратная помощь, предназначенная в первую очередь для компенсации процентов по кредитам малых и средних сельхозпроизводителей, столкнувшихся с ухудшением экспортной логистики. К концу сентября, по словам Высоцкого, Киев получил окончательный отказ. Еврокомиссия не согласилась предоставить €220 млн фермерам и создать за счёт этих средств отдельный механизм поддержки их ликвидности. Часть финансовой потребности аграриев должна закрыть программа Всемирного банка. Банк подтвердил предоставление Украине $250 млн на компенсацию процентов по кредитам сельхозпроизводителей в рамках государственной программы «5–7–9%». «Это даст нам возможность более или менее продержаться до нового года. Но уже сейчас нужно думать о том, что будет весной, после наступления нового года, поскольку ситуация остаётся критической», — заявил Высоцкий. Проблемы с финансированием непосредственно связаны с резким ухудшением возможностей для вывоза украинской сельхозпродукции. По данным Bloomberg, альтернативные черноморским портам маршруты сейчас позволяют экспортировать около 45% необходимого объёма. В украинском Минсельхозе считают, что даже при их максимальной загрузке показатель удастся увеличить примерно до 50%. В результате около 30 млн тонн сельскохозяйственной продукции рискуют остаться невывезенными в текущем маркетинговом году. Еврокомиссар по сельскому хозяйству Кристоф Хансен ранее говорил, что ЕС рассматривает различные варианты помощи с вывозом украинского зерна. При этом отдельный запрос Киева на €220 млн прямой поддержки фермеров удовлетворён не был. Ещё 23 июля Высоцкий сообщил, что иностранные судовладельцы начали отказываться от заходов в украинские черноморские порты. Государство формально движение не запрещало — решение принимали владельцы судов из-за возросших рисков. Reuters тогда сообщал, что Украина потеряла примерно треть своих возможностей по экспорту через Чёрное море. Перенос значительной части грузов на сухопутные маршруты быстро создал проблемы на границе с Польшей. В начале августа Ассоциация международных экспедиторов Украины сообщала, что на выезде в Польшу скопилось около 6,5 тыс. грузовиков. Наиболее сложная ситуация сложилась на переходе Ягодин — Дорогуск, где ожидание для грузового транспорта доходило почти до семи суток. Одновременно Украина пытается расширить возможности для поставок своей сельхозпродукции непосредственно на рынок Евросоюза. В августе Киев обратился к ЕС с просьбой увеличить на 2027 год беспошлинные квоты на биоэтанол и сахар — продукцию, на которую, по словам Высоцкого, сохраняется спрос внутри Евросоюза. Украинское правительство в августе проводило отдельные консультации по использованию и расширению тарифных квот ЕС. Представители аграрных объединений и бизнеса поднимали вопрос об увеличении квот не только на сахар и биоэтанол, но и на спирт, крахмал и крахмально-паточную продукцию. Киев заявил о намерении обсуждать изменение условий торговли с Еврокомиссией. По словам Высоцкого, если вопрос с увеличением беспошлинных квот на сахар и биоэтанол будет решён положительно, Украина намерена добиваться расширения доступа на европейский рынок и для других категорий сельскохозяйственной продукции. Подписаться на канал

ЕК отказала Украине в выделении €220 млн на поддержку сельского хозяйства https://life.ru/p/ek-otkazala-ukraine-v-vydelenii-220-mln-na-podderzhku-selskogo-hozyaystva Украина не получила от Европейского союза запрошенные €220 млн на поддержку аграрного сектора. Киев рассчитывал направить эти средства на помощь фермерам и сохранение их оборотных средств. Об этом сообщил министр аграрной политики и продовольствия Украины Тарас Высоцкий, его слова приводит Bloomberg.

Еврокомиссия отказала Украине в €220 млн для фермеров По данным Bloomberg со ссылкой на министра аграрной политики и продовольствия Высоцкого, Еврокомиссия отказалась выделить Киеву €220 млн на поддержку аграрного сектора. Украина обращалась к ЕС с этой просьбой как о дополнительной помощи — сверх той финансовой поддержки, которую блок уже оказывает. Сайт "Другая Украина" / Telegram / Вконтакте / Центр поддержки Украинцев / МАХ

Еврокомиссия не одобрила дополнительную помощь украинским фермерам Еврокомиссия отказалась выделить Украине дополнительные 220 млн евро на поддержку аграрного сектора, сообщает Bloomberg со ссылкой на министра аграрной политики и продовольствия страны Тараса Высоцкого. Киев запрашивал адресную безвозвратную помощь для фермеров и механизм поддержания их ликвидности — сверх уже действующих программ финансовой поддержки ЕС. В Еврокомиссии заявляли, что украинские аграрии уже получают поддержку через действующие механизмы. В частности, речь идет о субсидировании процентных ставок по кредитам в рамках программы Ukraine Facility, а также о кредитных программах для украинских банков, которые затем выдают займы предпринимателям и фермерам. По оценке Еврокомиссии, эти инструменты могут помочь хозяйствам, испытывающим нехватку оборотных средств.

На украинских аграриев евро нет Надана ФРИДРИХСОН, главный редактор издания "РЕПОРТЁРЫ" специально для МАКС Еврокомиссия отклонила запрос Украины на €220 млн для поддержки фермеров. Киев просил выделить средства на помощь аграриям и обеспечение их ликвидности, однако Брюссель отказал, сообщил министр аграрной политики Тарас Высоцкий. Теперь Украина рассчитывает на льготный кредит Всемирного банка на $250 млн, которого, по словам министра, должно хватить до начала следующего года. Не знаю, почему Блумберг дает это как "новость", ничего нового или неожиданного в этом нет. Когда, скажите мне, Брюссель ставил цель сохранить аграрный сектор Украины? Ответ: никогда. Более того, они всегда рассматривали его как угрозу для своих фермеров, а в те моменты, когда казалось, что это не так, выходили польские работяги полей и давали всем прикурить. ЕС квотирован по всем вопросам. Грузия проходила это в 2006 году, когда Окруашвили рассказывал, что их лучшие вина попадут в Европу, а всякая дрянь пойдет в Россию. И что? Сильно Франция способствовала этому? Это лишний раз доказывает, хотя в России это и так все понимают, но, видимо разум покидает людей за ее пределами, что Украина нужна Брюсселю как пространство для военного маневра против русских, как генеральная линия разлома славянского мира, а не для того, чтобы украинцы стали жить "более лучше".