Тихонько лежу на крылечке. Здесь всё ещё живёт его запах, его шаги, его голос. Прислушиваюсь к каждому шороху за калиткой: вдруг это он? Мне кажется, вот-вот раздадутся знакомые шаркающие шаги. Он тяжело дыша поднимется по ступенькам и скажет: "Дюша — душа моя! Заждалась? Пойдём скорее пить чай". И я, радостно мурлыча, побегу за ним хвостиком… Только Дюша не знает, что он больше не придёт. Её ч…






