В конце 1880-х годов из холодных вод Сены возле набережной Лувра в Париже выловили тело юной девушки шестнадцати лет. Тёмные влажные пряди обрамляли лицо, кожа сохранила совершенную гладкость, а на сомкнутых губах застыла безмятежная, едва уловимая полуулыбка. Дежурный патологоанатом парижского морга на острове Сите ощутил глубокий трепет перед застывшей гармонией её утончённых черт. Врач тотчас …






